Авторизация

×

Регистрация

×

МЕОЦ | ВАША СВЯЗЬ С ЕВРЕЙСКИМ МИРОМ

YAHAD собирает истории из жизни еврейских семей

22 декабря 2016 / Анонсы
search
Jewsih16_fb_cover_1

Проект #чудочтоеврей от YAHAD собирает истории из жизни еврейских семей. Истории, благодаря или вопреки которым сейчас мы сейчас свободно можем сказать: “Я — еврей!” В рамках проекта студентка EuroStars из Пензы Ольга Тульчинская написала историю о своих бабушке и дедушке, прошедших Великую Отечественную Войну.
Чтобы присоединиться к проекту, опубликуйте историю с хэштегом #чудочтоеврей во вконтакте или в фейсбуке.

Сохрани память о чуде! Ольга Тульчинская, 27 лет, г. Пенза.

Безумство этого мира невозможно победить ни печалью, ни могуществом мира, но только единством сердец мира. -Шри Чинмой
Не сила покорять других, а сила становиться единым с другими – вот высшая сила.  — Шри Чинмой

Почти семьдесят два года назад отгремели залпы Великой Отечественной войны. Сменились поколения, но память о ней жива. Почему? Потому что более трагического и значимого события для землян в двадцатом веке не было. Невероятно дорогой ценой досталась победа нашим отцам и дедам.

Мой дедушка, Борис Вениаминович Жидовецкий, – один из многих участников войны. Я знаю, что он был танкистом и участвовал во взятии Кёнигсберга. Но, когда мы, его близкие, просили его рассказать что-нибудь про войну, он всегда отшучивался или переводил разговор на другую тему.

Уже позже бабушка рассказала, что в начале войны родители деда погибли во время массовых расстрелов. На войне погиб его младший брат. А от дома осталось пепелище

Бабушке тоже многое пришлось пережить. Вот что она рассказала мне однажды вечером.

Untitled_design_1С первых дней войны бабушка, Сара Ефимовна Кофман, с родителями и сестрами оказалась в эвакуации в сибирском городе Омске. Дорога туда запомнилась на всю жизнь: битком набитые вагоны, духота, постоянная жажда, от которой перехватывало горло, но самое страшное – беспрерывные бомбежки. Слава Б-гу, все добрались до места живыми. Но испытания на этом не закончились. Бабушка (тогда восемнадцатилетняя девчонка) днем работала на заводе, а вечером училась в институте. Есть было нечего, особенно в первую зиму, поэтому от голода опухали ноги. Весною все пустыри в городе засадили картофелем. Однажды юной Саре пришлось, взвалив мешок с картошкой на плечи, тащиться через весь город, чтобы накормить родителей и сестер, которые от голода уже не могли ходить.

В 1944 году вернулись в Киев, но от дома остались одни только стены. Прабабушка, которая отказалась ехать в эвакуацию из-за парализованной ноги, погибла при бомбежке..

От всех этих рассказов веяло могильным холодом, но все-таки они воспринимались как некое предание, легенда. А вот однажды я испытала настоящее потрясение.
Дело было солнечным и теплым летним днем. Я гостила у дедушки с бабушкой в Киеве. Мы с дедом часто бродили по городу, рассматривая старинные дома с лепниной и узорчатыми окнами, с дворами-колодцами. Как-то дедушка предложил зайти в один из дворов. Думая, что мы идем к кому-нибудь в гости, я смело шагнула за дедом в подворотню. Светило ослепительное июльское солнце, а здесь царила густая тень, поэтому понадобилось несколько минут, чтобы глаза привыкли. Вот, наконец, дедушка показал рукой в самую темную часть двора и произнес: «Посмотри». Я перевела глаза в указанном направлении, и… холодный пот заструился по спине, руки похолодели, меня начал бить озноб.

В густой тени двора-колодца виднелся остов большого 6-ти этажного дома. Из четырех его стен осталось только три. Пустыми глазницами зияли окна и двери. Ни перегородок, ни перекрытий, ни лестниц не было, но было видно, где они находились раньше. Везде торчали куски покореженного металла.

Что это? — прошептала я.

Это война, — ответил дедушка. – Таким был почти весь город в 1943-ем году после освобождения.

Мы вернулись на солнечную улицу, где сплошной лентой двигались машины, спешили по своим делам горожане, и каждый был занят собственными проблемами. А я подумала о том, насколько хрупка грань между прошлым и будущим, между жизнью и смертью. Ведь прошло уже почти 72 года со дня Победы. Но в нашей стране, пожалуй, нет семьи, которой бы не коснулось пережитая трагедия. Боль утрат по-прежнему жива, лишь чуть-чуть начинает стихать. Мы должны помнить и чтить тех, кто своей жизнью, ценой неимоверных усилий и жертв дал возможность жить нам сегодняшним, таким молодым и беззаботным.

Однако «вирус войны» гуляет по планете, собирая обильную дань то здесь, то там? Почему люди так жестоки? Почему не учатся на своих ошибках? Почему?..

Я хочу, чтобы все люди жили в мире и согласии.

Я хочу, чтобы все люди на планете помнили о тех, кто погиб во имя мира. Пусть вечно горит огонь нашей памяти!

Моих Дедушки и Бабушки нет в живых. Но по рассказам папы я знаю, что они знали идиш, соблюдали Песах, Шаббат, как могли. Может быть, не все верно делали и не все заповеди соблюдали, но соблюдали, несмотря на притеснения и репрессии. Мои родители не имели возможности посещать синагогу по ряду причин. Но меня и моего брата без сомнений с 6 лет отвели в воскресную школу. Я благодарна родителям, а следовательно Дедушке и Бабушке, за мои еврейские корни, знания, друзей. Быть частью еврейского народа — это гордость.
Вместе с папой мы написали стихотворение, которое посвящаем всем павшим на полях сражений:

Хочу сегодня вспомнить тех людей,
Кто принял бой во имя жизни и свободы,
Их имена навечно в памяти моей,
Их не сотрут промчавшиеся годы.

На них обрушились все тяготы войны.
И груз потерь, и сладкий миг победы.
Они – спасители страны.
Ценою жизни, отведя все беды.

Как много было пройдено дорог.
И в дождь, и в снег, и в зной, и в холод.
Каким далеким был тогда родной порог,
Как рвали сердце боль утрат и голод.

Они до дна испили эту чашу.
Последний выпущен снаряд и выстрелян патрон.
Они спасли Отчизну нашу,
За это низкий им поклон.

Хочу сегодня вспомнить тех людей,
Кто принял бой во имя жизни и свободы,
Их имена навечно в памяти моей,
Их не сотрут промчавшиеся годы.

Оставить комментарий

Читайте также