Вчера, ближе к полуночи, раввин Биньямин Клугер прислал мне свой прощальный материал. «Я ухожу из моей газеты».
Когда Ребе Цемах Цедек начал писать по вопросам Торы и хасидизма, его дед — Алтер Ребе — сказал ему: «Сказано в трактате Авот: “У-кне леха хавер” (и приобрети себе друга). Слово “кане” означает также писчее перо. “У-кне леха — хавер”. Пусть твоё писчее перо будет твоим другом».
Мне выпала честь на протяжении многих лет быть учеником одного из старейших и самых авторитетных харедимных публицистов и писателей нашего поколения — реб Биньямина Клугера. На протяжении долгих лет мы поддерживали постоянную связь. Его сердце и душа — с шалиахами Ребе по всему миру и особенно с Россией. Он был одним из первых, кто писал о еврейской деятельности в СССР, и неизменно отдавал должное расцвету еврейской жизни в России.
Я не раз бывал у него. Реб Биньямин с готовностью наставляет, отвечает на любые вопросы — настоящий великий книжник. Он обладает колоссальными знаниями в области иерусалимской истории, издал много книг о жизни Иерусалима, без которых еврейская история не может обойтись в грядущих поколениях. В харедимной газете «Ѓа-Модиа» он ведёт еженедельную колонку, из-за которой многие читатели начинают читать газету с последних страниц — именно там постоянно появлялась его статья. А сегодня — рядом с ней — неожиданный текст:
«Это слова прощания. Я адресую их вам, читателям, сопровождавшим меня на протяжении более чем полувека журналистской работы, когда “Ѓа-Модиа” была для меня домом. Более полувека я пишу днём и ночью, в самых разных областях. Я писал и во время войны Судного дня — с фронта. Видел своими глазами ужасы войны и тяжёлую цену, заплаченную бойцами. Писал я и во время войны “Мир Галилее”, во время поездок в Ливан.
Сразу после падения “железного занавеса” я ездил навещать евреев, живущих в разных странах бывшего Советского Союза. Я ездил в Германию, чтобы работать в архивах, уцелевших после Холокоста, и на другие журналистские задания. Я делал это, несмотря на все сопутствующие трудности, потому что видел в этом не просто журналистскую работу, а долг — освещать события с места. Многие из этих поездок описаны в моей книге “Приятного полёта”, а в моих книгах об Иерусалиме приведены исследования, впервые публиковавшиеся здесь, в “Ѓа-Модиа”.
В моей журналистской работе я старался действовать ответственно и осторожно, но без страха. Мои дни могли бы быть гораздо спокойнее, если бы я, прежде чем послать материал, проверял, куда дует ветер, чтобы лететь вместе с ним. Но я так не поступал. Суть журналистики — освещать ярким лучом тёмные углы, разъяснять факты, даже когда это неприятно слышать.
Есть очарование в работе сплетения слов. Иногда они пробуждают, иногда — светятся во тьме; вместе они создают верную мелодию и соединяются в симфонию, в заявление, бьющее прямо в цель, — без страха и без пристрастий. У слов есть сила. Слова могут разрушать, но слова и спасают, и меняют сознание».
Биньямин Клугер благодарит Всевышнего за дар и силы, благодарит также руководителей и редакторов издания и завершает: «А теперь я иду дальше». А я лично благодарю его за наставничество и дружбу многих лет и желаю ему ещё долгих лет творческого пути. Желаю ему издать ещё много книг, к радости читателей по всему миру.
