По дороге в аэропорт мой друг, раввин Борух Горин, спросил меня, знаю ли я молодого человека, который накануне вечером попросил сфотографироваться с Главным раввином России раввином Берлом Лазаром. Его хасидский облик, спокойствие и внутренняя собранность создавали ощущение человека, выросшего в мире ешивы. Я был почти уверен, что это американец по рождению, который учится в Нью-Йорке. В нём не было и тени тех манер, которых, возможно, ожидали бы от человека, ещё недавно жившего совсем другой жизнью. «Его зовут Лев Аксельрод», — сказал раввин Борух.
Около десяти лет назад он был известным московским вундеркиндом. Лев пел в мюзиклах, выступал с сольными концертами, участвовал в различных шоу. Его видели в музыкальных телепередачах и на международных песенных конкурсах. Казалось, его путь уже предопределён: большая сцена, признание, профессиональная музыкальная карьера. Некоторое время он провёл в Вене, а затем переехал в США, чтобы учиться в музыкальной школе в Северной Каролине.
Но «от Г-спода направляются шаги человека». Профессиональные мечты Льва Аксельрода наталкивались на одно препятствие за другим, двери звукозаписывающих студий перед ним не открывались. То, что могло показаться кризисом, вскоре обернулось направляющей рукой Свыше. Льву предложили поступить в ешиву «Ѓадар а-Тора» — и именно там он нашёл своё настоящее место. Даже немецкий язык, который он выучил в Вене, неожиданно оказался полезен: он помогал ему понимать уроки хасидизма на идише.
Когда еврей открывает внутренний нигун своей души, все внешние шумы постепенно затихают. Ребёнок, который когда-то стоял под прожекторами и трогал сердца своим голосом, обнаружил, что самый сильный и вечный голос, который он может раскрыть, — это голос Торы. История москвича Льва Аксельрода — живое свидетельство того, что еврейская искра никогда не угасает. Она лишь ждёт подходящего момента и помощи Свыше, чтобы пробиться наружу и озарить путь человека драгоценным светом.
