Авторизация

×

Регистрация

×

Алексей Червец: наша задача — созидать

09 января 2017 / Главная / Jewrnal / Мужской клуб
date=string(10) "2017-11-23"
object(WP_Post)#300 (24) {
  ["ID"]=>
  int(64696)
  ["post_author"]=>
  string(3) "410"
  ["post_date"]=>
  string(19) "2017-01-09 13:31:07"
  ["post_date_gmt"]=>
  string(19) "2017-01-09 09:31:07"
  ["post_content"]=>
  string(11152) "

Алексей Червец прошёл долгий путь Израильской армии и много лет работал в сфере безопасности. Сейчас бывший боец реализует несколько проектов в России и говорит, что главное в нашем мире - созидать.

-Алексей, расскажите о своём детстве.

-Я родился и вырос в советской Москве. Еврейских традиций в семье не было, хотя о своём происхождении мы знали, но это, скорее, благодаря тому, что нам напоминали, а не потому что говорили. Бывает, заходишь в класс в школе, а на доске "Маген Давид" (звезда Давида) нарисован и всякие мерзости написаны в отношении евреев. Мы вычисляли этих художников и наказывали.

-Как именно?

-Били и всё...  С братом-близнецом мы много хулиганили. Мы были детьми с обострённым чувством справедливости и бунтарским духом, даже немного агрессивными. Но это понятно - бабушка пережила во время Второй Мировой войны потерю многих родственников, дед по отцу - офицер со множеством наград, погиб. Им много довелось пережить в то время.  Отсюда и их настроения, недоверие к жизни. Нас с братом  передавалось с помощью рассказов. Так и сложилось определённое отношение ко всему советскому.

В 1996 года мой брат близнец закончил службу в израильской армии и погиб.

Внешне мы были одинаковыми, но внутренне - очень разными. Он - положительный персонаж, а я больше отрицательный. В детстве он всегда строил, я рушил.  Он был аккуратистом, немного педантом, а я - чистым хаосом и разрушителем.  Вместе мы балансировали, дополняя друг друга.

Мы знали о том, что такое синагога, но слово "эмиграция" казалось нам ближе. Слово и ощущение. В 90-е годы мы бросили всё и уехали в Израиль.

chervets-2-Сложно было?

-Мы многое оставили в Москве. Жизнь пришлось строить заново. Но в запах Израиля я влюбился сразу же, как только сошёл с самолёта. Он родной, наш. Где бы ты ни жил, что бы ни думал об Израиле - это твоя страна.

В аэропорту нас встретили друзья и привезли в одно из самых религиозных мест - в Бней Брак. Мы о религии не знали ничего и чувствовали себя не в своей тарелке. И жители Бней Брака на нас косо смотрели.

Процесс адаптации длился долго. Первым евреям, русским репатриантам, пришлось испытать немало сложностей. Нас за евреев-то не все считали.

-Вы пошли в армию?

-Армия - целая книга жизни. Началось всё с того, что, будучи новыми репатриантами, первый год перед армией, мы работали на стройке. С нами работали арабы - вредные, надменные, противные. Мы тогда ещё не знали иврит, всё для нас было новым и работали из-за всех сил, а эти полуграмотные арабы над нами смеялись и не упускали случая, чтобы поиздеваться. В дальнейшем это повлияло на меня в выборе, куда пойти служить. Таким образом, я и попал в пограничные войска, где основная функция - следить за исполнением арабами законов на отвоёванных территориях.

Мне повезло служить с людьми, получившими своё образование ещё от тех, кто когда-то только-только начинал сопротивление палестинцам, кто стоял у истоков передачи своих знаний из поколения в поколения о том, как правильно работать с арабским населением и защищать людей от конкретных преступников и террористов. Колоссальный опыт передающийся поколениями по армейским меркам!

В армии я служил три года, за это время многое произошло. О многом я говорить не могу - давал разные подписки.... Скажу лишь, что благодаря разным курсам, которые я прошёл, я научился по-другому смотреть на многие жизненные ситуации, замечать детали.

Где бы люди ни находились, я всегда смотрю на охрану, оцениваю её. Безопасность - это уже часть меня. Я и после армии лет 15 работал в сфере безопасности в разных направлениях.

-Почему вы вернулись в Россию?

-Россию я люблю и считаю родиной, так как родился здесь. Вернувшись, я увидел другую жизнь. Жизнь мирную и спокойную, относительно Израиля, вот я и решил остаться. Меня в принципе тянуло обратно.

chervets-1-Не жалко было бросать Израиль?

-Израиль для меня - война, боль, трагедия и теракты. Я не могу находиться там в расслабленном состоянии.  Я увидел и прочувствовал её под таким углом, так сложилось. Но я не считаю, что туда не надо ехать.  Израиль необходимо поддерживать. Если Всевышний хочет, чтобы мы погибли на святой земле, значит, так надо.

Мы должны там быть и об этом должен знать весь мир.

Если человек не хочет созидать, он несёт разрушительную силу. Израиль - созидатель.

Газе давали много возможностей измениться. Им дали деньги, но их пустили на военные цели. А люди остались в нищете. Простому народу мы сочувствуем, но ничего не можем сделать. Израиль готов помогать, давать, но мы же хотим помочь простому народу. Мы протягиваем одну руку помощи, а во второй держим оружие. По-моему, это самая эффективная тактика.

-Чем вы занялись в Москве?

-Я стал заниматься делом связанными с военной тематикой, разузнал и изучил как импортировать товар и начал пошагово выстраивать бизнес. В Россию я поставлял военные товары, разрешённые  министерством  обороны Израиля, привёз и развил один никому до этого неизвестный бренд, связанный с оружием, провёл несколько выставок. Параллельно с этим закрыл несколько тендеров с государственными структурами. Иногда читаю закрытые лекции о спецназе - как должен работать солдат, о чём думать, что чувствовать и как рассуждать во время задания. Мы не должны создавать пушечное мясо.

-Как вы попали в МЕОЦ?

-Сюда меня привёл знакомый. Пришёл я просто, потому что предложили. Не за чем-то. Я перестал планировать будущее, я живу настоящим и раскрашиваю его своими красками.

Здесь я общался с людьми, знакомился, и так, постепенно узнавал что-то новое. Я накладываю тфилин - как то летел из Нью Йорка, а в самолете встретился с моим другом реб Моти Вайсбергом, и он, как обычно, спросил меня, накладывал ли я тфилин. Так прямо на борту я помолился за всех летящих.

-О чём вы мечтаете?

-О мире. И семье.

 

Беседовала Штерна Сара Белькина

" ["post_title"]=> string(69) "Алексей Червец: наша задача - созидать" ["post_excerpt"]=> string(362) "Алексей Червец прошёл долгий путь Израильской армии и много лет работал в сфере безопасности. Сейчас бывший боец реализует несколько проектов в России и говорит, что главное в нашем мире - созидать." ["post_status"]=> string(7) "publish" ["comment_status"]=> string(4) "open" ["ping_status"]=> string(6) "closed" ["post_password"]=> string(0) "" ["post_name"]=> string(38) "aleksey-chervets-nasha-zadacha-sozidat" ["to_ping"]=> string(0) "" ["pinged"]=> string(0) "" ["post_modified"]=> string(19) "2017-01-09 13:32:54" ["post_modified_gmt"]=> string(19) "2017-01-09 09:32:54" ["post_content_filtered"]=> string(0) "" ["post_parent"]=> int(0) ["guid"]=> string(43) "http://mjcc.ru/?post_type=news&p=64696" ["menu_order"]=> int(0) ["post_type"]=> string(4) "news" ["post_mime_type"]=> string(0) "" ["comment_count"]=> string(1) "0" ["filter"]=> string(3) "raw" }
search
chervets-av

Алексей Червец прошёл долгий путь Израильской армии и много лет работал в сфере безопасности. Сейчас бывший боец реализует несколько проектов в России и говорит, что главное в нашем мире — созидать.

-Алексей, расскажите о своём детстве.

-Я родился и вырос в советской Москве. Еврейских традиций в семье не было, хотя о своём происхождении мы знали, но это, скорее, благодаря тому, что нам напоминали, а не потому что говорили. Бывает, заходишь в класс в школе, а на доске «Маген Давид» (звезда Давида) нарисован и всякие мерзости написаны в отношении евреев. Мы вычисляли этих художников и наказывали.

-Как именно?

-Били и всё…  С братом-близнецом мы много хулиганили. Мы были детьми с обострённым чувством справедливости и бунтарским духом, даже немного агрессивными. Но это понятно — бабушка пережила во время Второй Мировой войны потерю многих родственников, дед по отцу — офицер со множеством наград, погиб. Им много довелось пережить в то время.  Отсюда и их настроения, недоверие к жизни. Нас с братом  передавалось с помощью рассказов. Так и сложилось определённое отношение ко всему советскому.

В 1996 года мой брат близнец закончил службу в израильской армии и погиб.

Внешне мы были одинаковыми, но внутренне — очень разными. Он — положительный персонаж, а я больше отрицательный. В детстве он всегда строил, я рушил.  Он был аккуратистом, немного педантом, а я — чистым хаосом и разрушителем.  Вместе мы балансировали, дополняя друг друга.

Мы знали о том, что такое синагога, но слово «эмиграция» казалось нам ближе. Слово и ощущение. В 90-е годы мы бросили всё и уехали в Израиль.

chervets-2-Сложно было?

-Мы многое оставили в Москве. Жизнь пришлось строить заново. Но в запах Израиля я влюбился сразу же, как только сошёл с самолёта. Он родной, наш. Где бы ты ни жил, что бы ни думал об Израиле — это твоя страна.

В аэропорту нас встретили друзья и привезли в одно из самых религиозных мест — в Бней Брак. Мы о религии не знали ничего и чувствовали себя не в своей тарелке. И жители Бней Брака на нас косо смотрели.

Процесс адаптации длился долго. Первым евреям, русским репатриантам, пришлось испытать немало сложностей. Нас за евреев-то не все считали.

-Вы пошли в армию?

-Армия — целая книга жизни. Началось всё с того, что, будучи новыми репатриантами, первый год перед армией, мы работали на стройке. С нами работали арабы — вредные, надменные, противные. Мы тогда ещё не знали иврит, всё для нас было новым и работали из-за всех сил, а эти полуграмотные арабы над нами смеялись и не упускали случая, чтобы поиздеваться. В дальнейшем это повлияло на меня в выборе, куда пойти служить. Таким образом, я и попал в пограничные войска, где основная функция — следить за исполнением арабами законов на отвоёванных территориях.

Мне повезло служить с людьми, получившими своё образование ещё от тех, кто когда-то только-только начинал сопротивление палестинцам, кто стоял у истоков передачи своих знаний из поколения в поколения о том, как правильно работать с арабским населением и защищать людей от конкретных преступников и террористов. Колоссальный опыт передающийся поколениями по армейским меркам!

В армии я служил три года, за это время многое произошло. О многом я говорить не могу — давал разные подписки…. Скажу лишь, что благодаря разным курсам, которые я прошёл, я научился по-другому смотреть на многие жизненные ситуации, замечать детали.

Где бы люди ни находились, я всегда смотрю на охрану, оцениваю её. Безопасность — это уже часть меня. Я и после армии лет 15 работал в сфере безопасности в разных направлениях.

-Почему вы вернулись в Россию?

-Россию я люблю и считаю родиной, так как родился здесь. Вернувшись, я увидел другую жизнь. Жизнь мирную и спокойную, относительно Израиля, вот я и решил остаться. Меня в принципе тянуло обратно.

chervets-1-Не жалко было бросать Израиль?

-Израиль для меня — война, боль, трагедия и теракты. Я не могу находиться там в расслабленном состоянии.  Я увидел и прочувствовал её под таким углом, так сложилось. Но я не считаю, что туда не надо ехать.  Израиль необходимо поддерживать. Если Всевышний хочет, чтобы мы погибли на святой земле, значит, так надо.

Мы должны там быть и об этом должен знать весь мир.

Если человек не хочет созидать, он несёт разрушительную силу. Израиль — созидатель.

Газе давали много возможностей измениться. Им дали деньги, но их пустили на военные цели. А люди остались в нищете. Простому народу мы сочувствуем, но ничего не можем сделать. Израиль готов помогать, давать, но мы же хотим помочь простому народу. Мы протягиваем одну руку помощи, а во второй держим оружие. По-моему, это самая эффективная тактика.

-Чем вы занялись в Москве?

-Я стал заниматься делом связанными с военной тематикой, разузнал и изучил как импортировать товар и начал пошагово выстраивать бизнес. В Россию я поставлял военные товары, разрешённые  министерством  обороны Израиля, привёз и развил один никому до этого неизвестный бренд, связанный с оружием, провёл несколько выставок. Параллельно с этим закрыл несколько тендеров с государственными структурами. Иногда читаю закрытые лекции о спецназе — как должен работать солдат, о чём думать, что чувствовать и как рассуждать во время задания. Мы не должны создавать пушечное мясо.

-Как вы попали в МЕОЦ?

-Сюда меня привёл знакомый. Пришёл я просто, потому что предложили. Не за чем-то. Я перестал планировать будущее, я живу настоящим и раскрашиваю его своими красками.

Здесь я общался с людьми, знакомился, и так, постепенно узнавал что-то новое. Я накладываю тфилин — как то летел из Нью Йорка, а в самолете встретился с моим другом реб Моти Вайсбергом, и он, как обычно, спросил меня, накладывал ли я тфилин. Так прямо на борту я помолился за всех летящих.

-О чём вы мечтаете?

-О мире. И семье.

 

Беседовала Штерна Сара Белькина

Штерна Сара Сегал (Белькин)
Об авторе
Меня зовут Штерна Сара, как и жену Пятого Любавичского Ребе. Такой же мудрой, доброй и женственной мне бы хотелось быть. Окончила факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова (телевизионная журналистика), училась в магистратуре на филолога в РГГУ. Успела получить опыт в различных интернет- и печатных изданиях и на телевидении, но последие годы до замужества и переезда в Израиль работала на благо Московской общины, осознавая, что именно эта работа приносит настоящую пользу миру. Переехав, я продолжаю писать, веду блог о цниюте и с авторскими мысли о Торе и еврейском образе жизни, сотрудничаю с проектами Vaikra и monoteism.ru. Люблю учёбу, особенно хасидус, дающие жизненные силы, фитнес и сноуборд, дарящие энергию и, конечно же, письмо, позволяющее мне самовыражаться и творить.
Читайте также

Оставить комментарий