Дина — женщина, которая изменила мир

27 ноября 2015 / Главная / Еврейки в истории / Женский клуб / Женщина в иудаизме
search
dina

Дина — женщина, которая изменила мир!

 

Автор: Рахель Хольцкеннер.

  В Торе записан только один явный случай сексуального насилия — история с Диной, дочерью Леи и Яакова. (Сара не в счёт, хотя она тоже была похищена дважды — сначала фараоном, затем Авимелехом — но в обоих случаях она была в безопасности и не тронута, пока ее не освободили).   У Яакова было 12 сыновей и одна дочь – Дина. Как можно себе представить, Дина находилась под надежной защитой своих бдительных и святых братьев. Много лет Яаков жил в Харане и работал у своего тестя Лавана. В конце концов, он решил обосноваться отдельно и, взяв свою семью, отправился в Ханаан. По прибытию, они остановились около города Шхем, чтобы отдохнуть. В итоге это стало худшим кошмаром Яакова.  

«И вышла Дина, дочь Леи, которую та родила Йаакову, осмотреться среди дочерей той земли. И увидел ее Шхем, сын Хамора-хиви, князя той земли; и взял он ее, и лег он с ней и мучил ее.» (Берейшит 34:1-2)  

Когда Дина оставила лагерь, где находилась ее семья, для того, чтобы встретиться с женщинами, она была похищена и изнасилована Шхемом (князь с таким же именем, как назывался город). Тора отдельно описывает шаги Шхема – он увидел ее, он похитил ее, он лег с нею и мучил ее. В чем разница между «лег с нею» и «мучил ее»? Комментатор Раши цитирует Мидраш, и объясняет, что он оскорбил ее в обоих случаях – обычным способом «лежа» и нетрадиционным способом «  мучением». Но также Тора описывает физическое и эмоциональное насилие, которое Дина перенесла со Шхемом.  

Любая женщина, пережившая сексуальное насилие, понимает глубину скорби, связанной с одним лишь только насилием. Это уничтожает женское достоинство и требует в дальнейшем сильного исцеления, чтобы вернуть женщине чувство самоуважения. 

Дина, бывшая принцессой в доме Яакова, была осквернена и страдала от этого. В начале истории, Дина специально предстает перед нами, как дочь Леи, при том, что мы уже об этом знаем. И тот факт, что отцом является Яаков, кажется не таким важным. «Дина, дочь Леи, которую та родила Яакову». Это указывает принадлежность Дины скорее матери, чем отцу. И Тора дает нам контекст ее похищения: «Она вышла посмотреть на дочерей земли»   Раши видит значительную связь между описанием Дины, как «дочери Леи» (а не Яакова) и упоминанием об этом он объясняет «выход посмотреть на дочерей земли той».  

Поэтому она называется «Дочь Леи». Для Леи это тоже было нормально – быть «открытой», как написано в другом месте: «…Лея вышла ему навстречу…» (Берейшит 30-:16). И касаемо Дины, было сказано, «как мать, так и дочь».  

И как тут понимать Раши? Хочет ли он предположить, что Дина была слишком общительна и поэтому попала в беду? Делает ли это причастной Дину к своему похищению?  

Но Раши не только говорит, что она была из «открытых», он подчеркивает, что Дина была «открытая», как и ее мать. А когда Лея была «открытой»? Раши приводит особый инцидент, чтобы объяснить ситуацию с  Леей: «Лея вышла ему навстречу» — сын Леи Реувен, нашел растения, называемые мандрагоры, в поле и принес их своей матери. Рахель просит сестру отдать ей мандрагоры, которые принес Реувен. Рахель просила их, потому что считалось, что это растение обладало мощными целебными свойствами, которые увеличивали шансы женщины родить ребенка, а Рахель очень хотела родить ребенка Яакову. Лея согласилась отдать ей мандрагоры в обмен на возможность провести ночь с Яаковом. Теперь они должны были сказать Яакову об их сделке, наиболее тактичным и достойным образом. Лея была той, кто это сделал.  

И этот стих, который цитирует Раши, отображает характер Леи: «Когда пришел Яаков с поля вечером, Лея вышла ему навстречу и сказала: «Ты должен прийти ко мне, потому что я выменяла тебя на мандрагоры, которые нашел мой сын». И Яаков спал ту ночь с ней» (Берейшит 30:16) Она не ждала, пока он вернется и почувствует себя отвергнутым Рахель, а сама вышла к нему навстречу и объяснила ему, что они устроили это с Рахель до того, как он вернулся. И она активно выражала желание к мужу.  

В тот же вечер она зачала своего пятого сына: «Б-г услышал Лею,и она зачала и родила Яакову пятого сына» (Берейшит 30:17). Раши обращает внимание на слова «Б-г услышал Лею» и объясняет, почему Б-г был впечатлен поступком Леи: «Она хотела и стремилась всеми силами к увеличению количества Колен Израиля». Ведь она пошла за Яаковом не только из-за его достоинств, но и из-за возможности зачать еще одного ребенка. Б-г был так доволен ее действиями, что благословил ее еще одним сыном.   Отсюда мы учим, что Лея была «открытой» с благородными намерениями. Для сравнения сильного характера Леи приводится также описание Дины, что само собой не подразумевает за последней ее вины. «Как мать, так и дочь»   Дина была «дочерью Леи, которую та родила Яакову». Почему отношение Дины к Яакову указано вскользь, словно она была только дочерью своей матери? Существует интересная история, которая проливает свет на этот вопрос.  

Когда Яаков впервые покинул Харан, чтобы встретиться со своим братом-злодеем Эйсавом, мы читаем, что «Яаков взял двух своих жен, двух служанок его и его одиннадцать сыновей, и пересек в брод Иабок». (Берейшит 32:23) Раши задает вопрос – где же Дина? И мы находим, что Яаков спрятал Дину в сундук, чтобы Эйсав ее не увидел. За это Яаков и был наказан, ибо, если бы он не спрятал ее от своего брата, то возможно, она привела бы Эйсава обратно, к правильному пути. И этим наказанием было то, что она попала в руки Шхема.  

Когда дело доходит до истории похищения Дины, Яаков упоминается минимально, потому что именно он ввергает ее в злоключения, пряча ее от своего брата.  Теперь, совершенно ясно, что Яаков не хочет, чтобы чистая и красивая дочь Дина вышла за его злого брата. Это выглядело сумасшествием в его глазах – выдать Дину замуж за Эйсава. На самом деле, Талмуд говорит нам, что сама Лия изменила свою судьбу – замужество с Эйсавом — ее молитвами.   Потому что, зная, что она полагается в жены Эйсаву, она много плакала. Ведь каждый говорил: «У Ривки двое сыновей, и Лаван имеет двух дочерей. И старшая дочь для старшего сына, а младшая – для младшего сына». (Талмуд, Бава Батра 123а)   Но мы в итоге не находим наказания Леи за ее молитвы. И из этой истории очевидным является то, что Дина, по всей вероятности повлияла бы на Эйсава, чтобы он начал жить праведной жизнью. Если нет, то почему так критикуют Яакова, за то, что он лишил Эйсава этой возможности? Возможно, Лея точно оценила свои шансы и знала, что она не в состоянии влиять на брата Яакова, и, следовательно, не было негативных последствий ее молитв.  

Но Дина была другой изначально. Она была более «открытой» и эффективной, чем ее мать. И поэтому Б-г был так разочарован тем, что она не имеет возможности работать своими способностями на Эйсава.  

Оба ее положительных качества — «открытая» натура и потенциал влиять на одного из самых коррумпированных людей своего времени содержатся в одной фразе, которая знакомит нас с моментом ее встречи со Шхемом: «Дина, дочь Леи, которую та родила Яакову, вышла посмотреть на дочерей земли»   Дина была довольно харизматичной девушкой. Это было вполне естественно, что после того, как ее семья обустроилась в Шхеме, она решила выйти, чтобы посмотреть на «дочерей земли». Возможно, она хотела просветить их по поводу монотеизма, который ее отец и дед распространяли на всей территории Среднего Востока. К сожалению, в итоге она сильно пострадала в процессе этого.  

И все же, несмотря на все то, что она пережила, ей удалось глубоко влиять на свое окружение. Шхем сам преобразился после короткой встречи с ней. Он был испорченным  князем и подлым насильником, не имел никакого уважения к женщинам; он их просто использовал и уничтожал. И все же, после близости с Диной у него появляются к ней нежные чувства.   Его дуща рвалась к Дине, дочери Яакова; он любил девушку и стремился добиться ее взаимности. И сказал Шхем своему отцу, говоря: «Возьмите эту девушку для меня, как жену» (Берейшит 34:3-4)  

Почему он чувствовал себя зависимым от нее? Как он мог ее любить? Что он ей говорил? Возможно, он извинялся за свои действия и пытался завоевать ее одобрение. Вместо того, чтобы использовать ее и дальше насиловать, он вдруг захотел на ней жениться и смиренно искали согласия ее отца, Яакова. На самом же деле, он был готов даже заплатить большие деньги, чтобы получить Дину в жены: «Эмор говорил с ними, говоря: «Шхем, мой сын,.. возжелала его душа вашей дочери. Дайте же ее ему в жены!» Шхем же сказал ее отцу и братьям ее: «Обрести бы мне милость в глазах ваших! И что скажете мне, дам.» (Берейшит 34:8-11)  

Конечно, Дина никогда бы не согласилась выйти за своего обидчика; но, тем не менее, изменения в Шхеме нельзя проигнорировать.   Братья Дины притворились, что согласились на просьбу Шхема при условии, что Шхем, его отец и все люди в городе обрежут себя. Не только Шхем с отцом согласны с этим условием, они также смогли убедить в этом жителей своего города. На первый взгляд, все это было уловкой для ослабления города, чтобы спасти Дину.  Да, обрезание имело стратегическое значение, но в ту же очередь, это был способ устранения людей Шхема. Само обрезание представляет собой смягчение сексуальной импульсивности и похоти. Возможно, через желание Шхема пройти обрезание, он изменил свои агрессивные и доминирующие действия. Обрезание было также частью процесса преобразования в еврейство.  

Тем не менее, будучи ревностными защитниками, два брата Дина сговорились не только спасти Дину, но также закончить страшное происшествие, случившееся с их сестрой. Шимон и Леви решили убить Шхема и всех мужчин в городе, которые молча наблюдали, как Шхем совершал преступление.  

Яаков не знал, что его сыновья планируют мстить всему городу. Когда он услышал о том, что они уничтожили жителей в качестве мести за свою сестру, он раскритиковал их: «Вы взмутили меня, зловонным меня сделав для жителя земли, для кенаани и для перизи. Я же малочислен, и соберутся они против меня  и разобьют меня, и истреблен буду я и мой дом».  

Рассказ заканчивается ответом братьев Яакову. Они задают риторический вопрос, который показывает высокую цену, которую они готовы платить за защиту своей сестры: «Должны ли мы позволить ему сделать нашу сестру блудницей?»  

И все же, даже в таких обстоятельствах Дине удалось показать свое влияние на окружающих. Она была прирожденным лидером, как и ее мать. Женщины города Шхем, в последствии, сохранили свою связь с семьей Дины. И хвалят Дину и Лею за «открытость».  

Мидраш (Ялкут Шимони 134) говорит нам, что Дина зачала ребенка от ее союза с Шхемом, дочь по имени Асенефа. Которая, в конце концов, переехала в Египет и работала в доме Потифара. Иосиф, который тогда уже был приближенным фараона, встретил ее и был впечатлен ее приверженностью к своей вере, даже в Египте. Он женился на Асенефе (которая приходилась ему племянницей), и они родили двух детей – Менаше и Эфраима. Хотя эти сыновья родились за пределами Святой Земли и выросли в роскоши, они были настолько духовно сосредоточены, что превзошли даже своих двоюродных братьев, которые были подняты в Ханаан. Иаков благословил сыновей Иосифа таким же образом, как он благословил своих сыновей. В конце концов, сыновья Иосифа заслуживают, чтобы возглавить свои колена, те, что были зарезервированы для сынов Иакова, а не его внуков. Это было заслугой Асенефы, дочери Дины и Шхема, которая родила этих двух детей в Египте.  

Несмотря на ту боль, что пережила Дина, Тора начинает историю с фразы, что Дина, как Лея, была «открытой» и влиятельной.  Любавичский Ребе, рабби Менахем-Мендл Шнеерсон, праведной памяти, видит Дину в качестве первого прототипа женщины-лидера в Торе.   Еврейские праматери Сара, Ривка, Рахель и Лея сами по себе были самоуверенны и решительны. Во многих случаях они сильно влияли на своих мужей и детей. Они были образцом для «акерей байт» — хранительницы дома, женщины, которая закладывает фундамент для следующего поколения.  

Но при этом, Тора не дает нам никаких указаний, на то, что они были такими же влиятельными и за пределами своего дома. Их жизни похожи на описание царем Давидом еврейской женщины, дочери царя: «Вся честь царской дочери – внутри, из золота ее платье». Она прославляется благодаря ее внутренней направленности. Эта царственная женщина посвящает себя браку и инвестирует в благополучие детей. Как истинная принцесса, ее королевские привилегии делают акцент на том, что важно, а не на том, что популярно. Ей не нужно выходить за рамки ее семейной жизни и публично подтверждать свою ценность.  

Дина была уникальной. Она была одарена мощным влиянием. Ее харизма, естественно, привлекала других людей, и они брали с нее пример. Дина было обращена к другим женщинам, и даже в новой среде она, естественно, была общительной. В конечном счете, она всегда влияла на других людей, чтобы те стали более духовно чувствительным.   Каждая женщина является Диной с ее влиянием. Для нее это было огромной потерей спрятаться в сундуке. Ее работа создана для нее, и с сознательным усилием она может стать вдохновляющим лидером.  

Что о скромности? Что о внутренней направленности, которая генерирует женскую славу? Да, она имеет более высокое призвание для большего воздействия, но какой личной ценой? Есть ли у нее возможность отказаться от славы, и выбрать частную жизнь?  

Ребе советует женщинам-лидерам, чтобы те использовали свое влияние и при этом, сохраняли свою скромность. Это трудный баланс, который нужно поддерживать. Личное внимание может войти в привычку. Более провокационное платье и кокетливый разговор может открыть двери для влиятельных женщин. А скромность стать негативным опытом для женщин-лидеров.   Но, возможно, вместе с потерей скромности идет потеря целенаправленного воздействия:  «Из-за моей экспозии люди думают больше о Б-ге, или обо мне?» Женщина наиболее эффективно оставляет след в мире, когда она несет очарование своего достоинства. Это очарование, в виде скромного платья и поведения, естественно, поражает.  Для нее, «духовной сущности царя Давида» не означает оставаться внутри дома столько нужно, оставаясь при этом верной себе.  

Скромное руководство, в сущности, говорит: «У меня есть верное сообщение, чтобы поделиться, но я не готова идти на компромисс каких-либо границ ради Вас.» Вместо этого, женщина-лидер устанавливает тон теплоты и искренности, которые говорят сами за нее.   Ребе утверждает, что женская модель лидерства является даже более эффективной, чем типичная мужская модель руководства, которая имеет тенденцию быть более властной и авторитарной. Женское влияние основывается на искренности, самоотверженности и воспитании.  

Источник: http://www.chabad.org/theJewishWoman/article_cdo/aid/2287942/jewish/Dinah-The-Woman-Who-Made-a-Difference.htm Перевод: Симона Шейнкер.

Читайте также

Оставить комментарий